coffe_maniac

Categories:

"Человек-невидимка". А я не поняла.

На Герберте Уэллсе я окончательно сажала зрение в одиннадцать лет. Ночи с фонариком под одеялом в селе. С того периода я и перестала брать в руки книгу. Пошли компьютеры, всякие читалки, про книгу, я можно сказать, забыла. Оставила её пылиться на полке. Проходила мимо, поглядывала, гладила пальцем по корешку, и думала «ах, как-нибудь потом прочитаю», но это как-нибудь так и не наступало.

А здесь, на днях, по не зависящим от меня причинам, я оказалась заперта на долгие несколько часов в комнате бабушки, где теперь стоит книжный шкаф. «Уэллс», будто манил меня своим корешком, стоял с самого краюшку и будто бы призывал «прочти, прочти, прочти». 

Я начала с «Человека-невидимки», потому что именно он вызывал у меня такие бреши в голове. Его я так тщательно перечитывала в детстве, и по каким-то неизвестным причинам его забыла. В книге были и другие повести, но почему-то хотелось прочесть именно это. 

Читалось тяжело. Привыкшая к электронным носителям, я совсем не воспринимала жёлтые листы книги, текст казался каким-то мелким. Я всё думала, что вот-вот мебельщик закончит, и мне больше не придётся сидеть здесь, и я смогу почитать книгу в электронном варианте. Но мебельщик не заканчивал и я втягивалась. Задним фоном звучала «Москва слезам не верит», и вместе с Гербертовскими строчками пересекалась судьба несчастной Кати Тихомировой. 

Я читала и недоумевала, почему тот неведомый человек так себя ведёт, что он себе позволяет. Гость, не больше и не меньше. Человек просто оплативший комнату, ведёт себя как пуп земли. Как так? Хотя бы на мгновение представьте, если бы в нынешнее время человек въехал в гостиницу, хамил персоналу, и вёл себя как... как свинья? Представили? Такого человека бы мгновенно выселили. А здесь, хозяева на цыпочках ходят перед этим страшным и опасным человеком. 

Я не оправдываю и гостиничный персонал, который так тщательно лез в личное пространство. Они могли бы установить какие-то правила, которые бы соблюдал человек, но так активно лезть в чью-то жизнь, совать свои любопытные носы? Не хотите, чтобы в вашем доме ставили опыты, так и заявите. Хотите проверять комнату назовите часы, в которые будете это делать. Но как мы уже знаем, человеческое любопытство никогда не знало границ, будь это десятый или двадцатый век. 

Ещё большим шоком для меня стала открытая история самого этого человека невидимки. Как он её начинает. Не захотел, чтобы информацию узнали, спалил здание, скорее всего вместе с людьми, чтобы скрыть какие-то бумаги. Не легче ли было вынести эти записи с его экспериментами и сжечь где-нибудь в бочке на улице? 

А как он, этот Гриффин, человек-невидимка, обвиняет всех в своём страхе, в той ситуации, в которую он попал? Он не говорит об этом напрямую, но так и проскальзывает это. Будто бы виноват тот человек, который его ударил, и возница, которая чуть его не сбила, когда он убегал. И тот несчастный горбун хозяин-кукольного магазина. Гриффин вроде и признаёт, что сам сплоховал, не рассчитав ситуацию, но всего его поведения, все его слова говорят о том, что признает свою вину, он только в этих самых словах. 

Ещё в самом начале, превратившись в невидимку, он говорит, что теперь может делать всё что хочет, теперь, когда невидим, всякие разнообразные гадости. Ставит себя выше других. Дурацкое свойство если честно. Некоторые почему-то наивно думают, что если у них есть какое-то качество, недоступное другим, то теперь он венец творения, что и происходит с Гриффином. Он не видим, он жаждет добиться власти, управлять всеми. Страшно представить, чтобы вышло из всего этого, если посчитать, скольким людям он нанёс вреда в столь короткое время. Сколько бы жертв было ещё. 

Люди бояться всего неизвестного, и конечно же, испугались его. Он вёл себя по хамски, он нападал на тех, кто его не видит, на людей, которые просто хотели ответы. У них были все основания для обвинений. И теперь, после всего, после хамского обращения, после нападения при погоне, он решил мстить, устроить Великий террор. Есть в этом что-то инфантильное. Меня не приняли, теперь я сделаю плохо всем, а после того как сделаю плохо, приду к власти, заставлю всех покориться. Так думает маленький ребёнок, «Вот вырасту, побью всех, кто обижал меня, а потом заберу у них всё», в Гриффине тоже есть эта инфантильность.

Да, говорят Уэллс мастер фантаст, но именно «Человека-невидимку» я не могу воспринять. Я честно пыталась, читала, вычитывала, но так и не увидела хоть какого-то обоснования его поведению. Да амбиции, да наука, но откуда появилось этот желание Великого террора, не от кучки же людей, оно явно росло давно. Но внятного ответа я так и не получила. Может, просто эта повесть не для меня. Всё что я видела, это повесть не о взрослом мужчине, даже не о юноше, а о ребёнке, который знает только «дай», «хочу» и «моё». 

Буду ли я перечитывать? определённо буду. Через некоторое время, может через месяцы, может через года. И если моё видение изменится, так тому и быть. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded