coffe_maniac

Category:

Моя "последняя" гастроль.

Я посмеялась, назвав это дело моей последней гастролью. Когда вдруг неожиданно по всему миру пошла эта пандемия, мне казалось, что я застряну в доме навечно. Я не видела ни туннеля, ни света в конце него. 

На тот момент моя последняя прогулка датировалась февралём, ближе к марту. Погода стояла осенняя, поскольку зимы в том году не было, и можно было по пальцам пересчитать дни, когда я надела тёплую куртку. Возвращаясь воспоминаниям к той прогулке, я понимаю, что я ассоциирую её с осенью, хотя зима уже подходила к своему финалу. 

В том году я подхватила сильнейший бронхит на Кавказе, который был со мной с августа по декабрь, и поэтому у меня не было прогулок совсем. Это был мой, пожалуй, первый осознанный поход на затон. Я понимала, что не стоит ждать того, что было там летом, и серость и унылость, которую придавала погода внешним видом, играла мне только на руку. 

Погода стояла вот такая, ни намёка на то, что без пяти минут зима, и она меня нагло обманула. Я всегда забываю этот водно-ветреный нюанс, но к этому мы вернёмся чуть позже. 

Наши контрасты пошли почти сразу, стоило мне свернуть в один из проулков, проходящий через частный сектор. Программа переселения и сноса движется постепенно, поэтому многоэтажки наступают не так резко, как могло бы показаться. Есть дома жилые, где вполне себе нормально живут люди, есть дома, где и не намёка на то, что так кто-то живёт. 

Я стараюсь быть девочкой приличной, и не заглядывать не в чьи двери и окна, но бывает, знаете, застынет взгляд, зацепиться за что-то, и вроде как отголоском что-то родное. Знакомые ставни, знакомая дверь, вроде и не моя, но не навивает. Об такой забор я заносила руку в шесть лет, когда шла и вела пальцами, а почти такие ставни, только значительно выше были в прабабушкином доме, о как они громыхали от ветра, если их забыть прикрепить. 

Вот такие лозы винограда однажды меня напугали в селе, когда я шла в темноте вдоль забора. Фонарей не было, ощупью, и вдруг в лицо что-то колючее, шершавая. Вспоминая об этом, я даже написала маленькое четверостишие.

Быть может, вещи пострашнее есть,
И что?
Картине ночью будешь ты такой не рада.
Когда во тьме,
Через забор,
В лицо торчат сухие лозы винограда.

Эти самые виноградные лозы, находятся около моего любимого дворика, найденного как раз мной в том самом феврале. Это был мой первый поход по Моздокской, тогда я ходила другими улицами. 

Мой дворик был тёмен, невзрачен и неприветлив, для других. А я застыла у забора, мне было всё равно на матерящуюся дворничиху, которая застыла на пороге с сигаретой в зубах, зыркая на меня. У меня просто захватило дух. Наверное, с тех прогулок, во мне стала просыпаться постепенно эта любовь к моему городу, пусть и к его задворкам. Раньше, я всегда мечтала уехать, как только начиналась жара. Но тогда, в тот момент, я почувствовала себя будто причастной, будто частью чего-то больше. 

Я несколько раз толкнула калитку, просто чтобы толкнуть. И был этот скрипящий звук, как у старых качелей. Его невозможно произвести человеческим горлом, но вы наверняка знаете его, когда качаются старые железные качели. 

Дальше пошёл поворот, который приведёт меня к воде. С двух сторон жилые кирпичные дома, но потом дорога уходит в петлю, в которой стоят уже деревянные дома и коттеджи, жилые, здесь и речи не может быть о выселении. Дома добротные, хорошие. У большинства открытые окна, и поэтому я не стала делать кадры, соблюдая приватность. 

Иногда среди кирпичных домов частный сектор вторгается неожиданно, или наоборот, среди частного сектора вдруг стоит высотка. Есть места, где вообще нет ни одного жилого дома, только автосервисы, магизины запчестей и автомойки. Мне всегда не совсем комфортно в таких местах, когда кроме тебя и редких прохожих одни мужчины. 

А вот такие интересные скворечники понастроены в Жилгородке, чтобы защитить палисадники на зиму, как я полагаю. Просто других причин строить вот такие баррикады не вижу.

Маленький спуск, ведущий от Долины Кентавра вниз, это улица Пороховая. Она спускается с самого большого Бэровского бугра в городе. Дома плавно уходит вниз, что этот спуск можно и не заметить. Летом здесь всё заросшее зеленью, и смотрится даже очень уютно, а осенью так и хочется сделать это место одной из локаций какого-нибудь детектива или ужастика. 

Как можете видеть, пока я гуляла, начал медленно опускаться туман, чего я совершенно не предвидела. Стало холодать, поднимался ветер и появилась эта промозглость. Фотографии поплыли, что было неприятно. Фотоаппарат плохо адаптировался, то включался, ту отказывался это делать, и некоторые фотографии я стала делать на телефон, что сказалось на качестве.

У затона было холодно, пронзающий ветер, морозящий до костей. Идея постоять здесь хотя бы двадцать минут уже не казалась такой удачной. Мысли о том, чтобы назад идти пешком уже не было. Лицо и руки обжигало холодом. Я настолько замёрзла, что даже сил не было идти на остановку, поэтому я вызвала такси.

Дома я отогревалась от холода. пила чай, рассматривала фотографии. Уже потом, когда всех посадили на изоляцию, я так жалела, что больше прогулок не будет. Мне казалось, что это последняя. На следующую прогулку я смогла выйти только в августе. 

Вот на такой грустной ноте мы и закончим. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded